Судьба – женщина. И она любит смелых. Vol. V

Твой парашют заклюют стаи сдвинутых птиц. 1 мин.


Осторожно, много букв:

VolI. – Пусть жизнь будет полна испытаний, ибо северный ветер породил викингов.

VolII. – Скорее в путь, развей свой страх, мы не нужны богам. Игрушкой у судьбы в руках быть не пристало нам. 

VolIII. — Каждый день ради денег. Так важно остаться в бумажном раю. Подари людям сотню творений, пока стоишь на краю.

VolIV. – Тяжёлые ботинки. Пустые времена. 

Продолжу сбивчивый рассказ о жизнеметании. 

Итак…

Вот и настал день начала морских курсов. Волнение щекотало где-то в районе солнечного сплетения, спокойно не сиделось, и голова шла кругом от недосыпа.

Вообще не спать перед собеседованиями, экзаменами и прочими важными мероприятиями – очень помогает. Особенно, если хочешь их завалить. 

Когда умывался в зеркале, на меня глянул кто-то злой, сильно уставший, и грязно обозвал.

Одевшись, мучительно долго зашнуровывал ботинки. Администратор Танюша иронично похвалила мой внешний вид. Я оценил свой разбитый нос, пощупав пальцами, и сказал, что собираюсь на свидание. Она сделала вид, что приревновала, и заявила, что шансов у меня нет. Очень ободряюще.  

Путь был долог, тернист, извилист. Плыл, как в тумане. 

Добравшись до Макаровки, я оказался в группе таких же балбесов, решивших вступить на солёный путь флибустьера. Среди всех мне запомнился Славик – смешливый парень с копной пшеничных волос и сивой бородкой, из Севастополя. Он рассказывал всем, как по срочной службе попал на флот и гонял там крыс по трюму Машкой, пояснив, что «Машкой» моряки называют швабру. Связывал это с отсутствием на военных кораблях женщин, что объявил ужасным упущением и отжившей традицией. В этот момент к нам вышла женщина вредной наружности и раздала анкеты, чтобы нам тут не скучно было в очереди сидеть. 

Среди стандартных вопросов, в самом низу следовала строка: «Хотите ли вы что-то ещё добавить о себе?». Окинув взором предыдущие четыре листа, где я решительно всю подноготную о себе выложил, написал: «Не хочу». 

Славик, сидевший рядом, на этот вопрос написал былинное: «Мне 20, и я бородат». Гордо показал мне, и я закатился смехом, за что вредная тётка тут же набросилась на нас с замечаниями, заявив, что нормальных матросов из нас таких не получится. Ответом ей был хохот. 

Пока приёмная комиссия принимала всех торопливых, спешащих жить, мы вышли на крыльцо и разговорились. Узнав обо мне, Слава стал жарко отговаривать меня от морской идеи:

— Ты что? С образованием сюда? Ты учился 5 лет, чтобы теперь палубу драить? Пойми, я иду только потому, что после школы сразу на флот призвали, а теперь деньги надо зарабатывать, а я ничего особо и не умею больше. Заработаю – сразу свинчу на нормальную работу. Зачем тебе это?

— В офисе не сидится, — парировал я.

— Это всё от слишком хорошей жизни. Расслабило тебя сильно. Романтики захотелось и острых ощущений, пойдём покажу тебе, чем заниматься будешь. 

Он привёл меня на участок, где убирались молоденькие матросики. У всех форма не по размеру огромная, в глазах плещется грусть. Они яростно мели участок, а среди них ходил моложавый мужчина и орал за нерасторопность. У того были явно дембельские замашки, он стращал мальчишек угрозами, отвесил кому-то подзатыльник по лысой голове и бросал бычки под ноги, чтобы ребятам было что мести. Вот этот-то бычок и вскипятил меня. Нет, ну выбрось в урну, тут же люди работают. 

Славик фоном вещал о тяготах и лишениях своей срочки и о том, что получив здесь «корочки», мы можем пойти только на рыболовецкие суда. В любом приличном месте нужны связи, которых нет, хотя даже там быть матросом не сахар. А так мы будем рабски вкалывать без выходных месяца по три и вонять рыбой до конца дней. Я отмахивался, но понимал, что он не врёт. Перспективы рушились, в голове проросло зерно ядовитого сомнения. А тут ещё этот с бычком. Он как раз обратил на нас внимание и подошёл:

— Вы что тут? Поступать собрались? – подойдя выдал моложавый. 

— Ну да, — протянул Славик, пытаясь обезоруживающе улыбнуться. 

— Не «ну да», а так точно, — резко оборвал он. — Ну-ка давайте сигаретку, что курите там хоть? 

Я смерил его взглядом. Прикинул рост, вес. Шансы. Шансы, кстати, были не очень. Ну и ладно. Всё равно надерзил:

— А мы не курим.

— Да вы только что дымили, — выкатил глаза мужик. — Плохо начинаешь! Из тебя так не выйдет нормальный матрос!

— Из тебя вон нормальный человек не вышел, тебя ведь не смущает? – просто вгрызаюсь ему взглядом в глаза. 

Славик увёл меня. Даже не дал нормально поругаться.

Мы встретили курсанта, расспросили его об учёбе, на что он радостно сообщил, что денег, заплаченных за учёбу, будет недостаточно, и некоторые необходимые документы во время сдачи и получения зачётов и прохождения аттестаций, во избежание недоразумений, неплохо бы оплатить отдельно. Он почти закончил обучение и счастливо улыбался, предвкушая начало трудовой деятельности, однако выглядел обескураживающе юным и наивным. 

Мы с бородачом переглянулись и нахмурились. 

— Попробуй поработать здесь по специальности, — предложил Славик. — Я помогу, если что. Сюда ты поступить всегда успеешь. Попробуй, чтобы не жалеть, серьёзно…

И я побрёл не жалеть. В сумрачных мыслях, проваливаясь сквозь зыбкую брусчатку в недра неопределённости и потери целей и пути. 

Кадр из фильма «Неуместный человек»

Славик, к слову, поступил и всю учёбу не вылезал с ночных рейвов, пытаясь нахлебаться свободой, а потом уехал в свой родной город работать на рыболовецком траулере, о выборе не жалел, вернее, говорил, что не жалел. Но тогда он убеждал меня, тряся за руку, что шанс будет упущен, что вокруг так много возможностей и что я пожалею о потраченном здесь времени. 

А я двинул по городу, зашёл на Марсово поле. Хорошее место, здесь чувствуешь под ногами мощь истории. Печатаешь шаги вместе с тенями гвардейцев и революционеров, след в след. 

Здесь пылает вечный огонь — памятью о железных людях. И сегодня вокруг него созрел стихийный митинг. Вот этот современный, когда подростки с выбритыми в барбершопах гребнями на головах скандируют, что (почему-то) они здесь власть. Видимо стрижка гребня на голове как-то непосредственно связана с возникновением в ней резко оппозиционного мнения.

Остановился посмотреть. Людей довольно много, слоняются, покрикивают, что делать — не знают. Есть выступающие, которые больше вносят смуту в ряды нежели их объединяют. Полицейские хмурятся, думая, когда же это всё уже закончится. Их провоцируют, но как-то вяло. 

Ребятишки хотят, чтобы кто-то пришёл и всё сделал за них, чтобы р-раз и стало хорошо, ну или хотя бы лучше, чем сейчас. А самим делать сложно и страшно. Но можно постоять в окружении скучающих полицейских, выразив свою позицию. Интересно, есть ли эффект? Ребятишки не желают шагать по тёмному нефтепроводу в светлое будущее. 

Разочарованный побрёл через Троицкий мост. Когда-то под ним пролетел самолёт. А теперь только движутся по нему массы вперемешку с автомобилями, да иногда бросается через парапет кто-то отчаявшийся, чтобы вдохнуть Неву полными лёгкими.

В следующие дни меня подхватила карусель поисков работы. В обнимку с депрессией я сошёл с, казалось бы, очень ясного и простого пути и вместо морской романтики рухнул в пучину неизвестности. 

Продолжение — Судьба – женщина. И она любит смелых. Vol. VI

Хочешь рассказать свою историю? Стань автором UP TO US.


Зацепила тема? Помоги разобраться тем, кому это тоже интересно.

Mazaltov

ВЫБЕРИТЕ ФОРМАТ
ЛИЧНОСТНЫЙ ТЕСТ
Вопросы, которые помогут понять что-то новое о самом себе
ИСТОРИЯ
Полный набор инструментов, чтобы красиво рассказать историю или поделиться опытом
ВИДЕО
Быстрое добавление ролика с Youtube, Vimeo и др.
МУЗЫКА/ПОДКАСТ
Быстрое добавление аудио